Назад
21 мая в 10:24 (OFF) KADET666 (S) : КЛЮЧ

Последние два месяца Виктор не ходил — летал. И этому способствовали два обстоятельства. Он, в свои тридцать пять, имея в активе жену и двоих ребятишек, влюбился как пацан.
И отныне всегда находился в состоянии душевного подъема, все вокруг казалось ему необыкновенно привлекательным, освещенным его любовью к Татьяне.

Второе же обстоятельство было прямым следствием первого: внутренние переживания — он чувствовал вину перед кроткой своей женой и детьми, дочерью и сыном, — сопряженные с самым разнузданным сексом, как только он дорывался до Татьяны, буквально истощили его, он очень похудел. И тем не менее Виктор чувствовал себя самым счастливым человеком на свете.

Татьяна, прехорошенькая шатенка тридцати лет, тоже, кстати, замужняя, сама выбрала его и первой сделала шаг к их сближению.
Они работали под одной крышей огромного строительного треста, только в разных кабинетах и даже на разных этажах: она в профкоме методистом по культурно-массовой работе, он корреспондентом многотиражной газеты.

На работе встречаться было нельзя, да и возможности такой не было, поэтому Виктор и Татьяна эти два месяца поочередно искали квартиры среди своих друзей и знакомых для конспиративных встреч. Там, после бурных ласк, Татьяна жаловалась Виктору, что муж изводит ее беспочвенной ревностью и вообще не понимает ее — и как только она могла выйти за такого невежу замуж? Вот то ли дело Виктор: спокойный, благородный, интеллигентный, все понимающий…

Виктор со своей стороны на жену пожаловаться не мог, да и не мужское это дело. И думал только об одном: ну почему Татьяна не попалась ему раньше, до того, как судьба свела его с сегодняшней женой Ириной, ставшей матерью двоих его детей?

У Татьяны, кстати, тоже был девятилетний сын. И это его ключ на шнурке сейчас лежал в кармане у Виктора. Муж Татьяны Алексей уехал в длительную командировку, получать новые тепловозы для депо, в котором он работал каким-то начальником.

И на эти дни Татьяна, с одобрения отъезжающего мужа и с согласия свекрови, перебралась пожить с сыном к ней. Так что квартира ее в эти дни пустовала, вот она и отдала сынов ключ Виктору, чтобы тот мог пораньше удрать с работы ближе к обеду или к концу дня (это варьировалось) и там дожидаться ее.

Соседей по ее площадке в это время обычно никого не было дома — все они работали где-то далеко в городе и даже за городом, так что никто из них никогда не видел чужого мужчину, отпирающего дверь не своей квартиры. Ну, а Татьяна как хозяйка регулярно приходила к себе поливать цветы.

Они уже трижды повстречались здесь (через день), и он каждый раз нетерпеливо набрасывался на свою обольстительницу, как только она возникала на пороге.

Виктор был в полном восторге от своей любовницы — Татьяна позволяла себе и ему в постели такое, о чем в интимных отношениях со скромницей-женой он даже и мечтать не мог.

Татьяна же с очаровательной улыбкой просвещала его, говоря, что только настоящая любовь раскрепощает мужчина и женщину. И, конечно же, тех полутора-двух часов, которые влюбленным удавалось оторвать от своего рабочего времени для себя, было недостаточно.

Виктор рассчитывал повстречаться с Татьяной и в эту пятницу. Но она неожиданно позвонила ему сама с утра и сказала, что, к сожалению, в этот день ничего у них не получится — ей целый день, включая и обеденный перерыв, надо быть на городской профсоюзной конференции.

О встрече в выходные и речи быть не могло — их и Виктор, и Татьяна пока еще целиком посвящали своим семьям. Так что очередное свидание должно было состояться только в понедельник, накануне возвращения мужа Татьяны из командировки.

Погрустневший, Виктор, ведомый безотчетным чувством, на обед пошел не в трестовскую столовую, а в кафешку напротив дома Татьяны — она жила неподалеку, всего метрах в ста от места работы. И уже проходя мимо ее дома, вдруг вспомнил, что Татьяна сегодня вряд ли польет свою любимую голубоцветную гортензию — после конференции, которая проходила в ДК «Энергетик», она, скорее всего, сразу поедет к сыну, то есть домой к свекрови. Так что цветы она в лучшем случае приедет полить только в субботу, а то и в воскресенье.

И Виктор с большой охотой повернул к знакомому подъезду, решив сам сегодня поухаживать за гортензией и тем самым сделать приятное любимой. А еще ему просто снова захотелось очутиться в их комнате, посидеть на том диване, на котором они провели с Татьяной несколько чудесных часов, и если ничто им не помешает, еще успеют позаниматься здесь любовью и в понедельник.

Ну, а дальше… Дальше, вероятно, надо будет, открываться жене и просить у нее развод. То же самое должна будет сделать и Татьяна — ну, сколько можно прятаться, обманывать? Правда, как все будет у них дальше складываться, где они будут жить — Виктору все это представлялось смутно. Наверное, придется снимать какое-то жилье, а там, возможно, вообще уехать из этого города, чтобы им никто не мешал.

Погруженный в эти размышления, Виктор и не заметил, как поднялся на третий этаж и остановился перед знакомой дверью, аккуратно оббитой позолоченными гвоздиками поверх темной, почти черной кожи.
Он достал из кармана ключ со шнурком, вставил его в скважину. Но ключ вошел не полностью. Виктор вынул его, перевернул, и снова попытался вставить. Но безуспешно.

Ничего не понимая, Виктор даже вспотел от усилий. Дверь оставалась неприступной. И только тут до Виктора дошло — видимо, с той стороны в замке оставлен ключ. Значит, Татьяна дома! Это что же получается — ни на какую конференцию она не пошла? Почему? Может, заболела? Может, ей плохо? Переполошившись, Виктор стал давить на кнопку звонка, несильно стучать кулаком по мягкой обивке.

И тут его как обожгло: а вдруг это муж Татьяны раньше времени вернулся из командировки и теперь сидит там, за дверью, дожидается своей жены. А если он сейчас откроет дверь и увидит Виктора, то как быть?

Что ему сказать, чем объяснить свою попытку проникновения в чужое жилище? Воспользоваться тем, что Алексей не знает его, и сказать, что перепутал квартиру? А если Алексей помнит всех своих соседей в лицо и не поверит ему, да еще и узнает ключ своего сына? Вот вляпался!

Виктор торопливо спрятал ключ в карман брюк, и почти тут же распахнулась дверь. На пороге с испуганным, затем ставшим просто сконфуженным, лицом стояла Татьяна и, переминаясь на своих чудных оголенных ногах, зябко куталась в коротенький халатик.

Виктор обрадовался.
— Так ты дома, — с облегчением сказал он, и попытался пройти в квартиру. Но Татьяна не попятилась назад, не шагнула в сторону, чтобы впустить Виктора. Напротив, она даже прикрыла за собой дверь и стояла перед ней, перегораживая вход.

Это неприятно насторожило Виктора.
— Что случилось, почему ты не на конференции? — севшим голосом спросил он.
— Да так, — пожала плечиками Татьяна. — Приболела я…

Однако на заболевшую Татьяна никак не походила. А совсем наоборот. Растрепанные волосы, тот самый румянец, который расцветал на ее обычно бледных щеках во время их занятий любовью, этот знакомый, вызывающе коротенький халатик, и вот еще — небольшое багровое пятно на шее справа, — все эти приметы говорили о том, что ей только что было хорошо. Так, как, еще недавно ей было хорошо с ним, с Виктором. А может, еще лучше — во всяком случае, Виктор таких засосов на ее шее не оставлял.

Интересно, а как же она будет оправдываться перед своим мужем, который вернется из командировки, как говорила Татьяна, всего через четыре или пять дней?

Поток этих сумбурных мыслей нарушила сама Татьяна.
— Мы с тобой в понедельник встретимся, ладно, Витюша? — сказала она каким-то не своим голосом, в котором прозвучали нотки фальши. И они больно резанули слух Виктора.

— Так ты что, не хочешь впустить меня? — ревниво спросил он.
— А зачем? — все тем же, неискренним голосом, но уже почему-то раздражаясь, сказала Татьяна. — Я нездорова, и у нас с тобой сегодня ничего не может быть.

— Скажи честно, — наконец решился задать мучающий его вопрос Виктор. — Ты не одна?
— Я од-на! — отчеканила Татьяна, сузив глаза.
— Тогда впусти! — упрямо повторил Виктор.

— Нет! Я же сказала — в понедельник! — совсем уже металлическим, отсекающим в этот момент Виктора от себя голосом, произнесла Татьяна. — Ну, целуй меня, и пока!
Она подставила ему щеку.

И Виктор все понял. Она не пустит его в дом, потому что кого-то привела. Похоже, Виктор ей уже надоел. И, судя по открывшимся сейчас приметам, можно только догадываться, каким же он был у нее по счету…
Как хорошо, что он не успел обо всем рассказать своей жене, такой доброй, верной и терпеливой! Нет, сейчас домой и только домой. К жене, к детям.

Хватит, нагулялся. У Виктора будто пелена с глаз упала. А он, дурак, строил какие-то далеко идущие планы: «только с ней, только до конца жизни…» Идиот!

Но ничего этого он не стал говорить Татьяне. И целовать ее, хотя она ждала, не стал, иначе это означало бы: Виктор принимает условия их дальнейшей игры. А лишь достал из кармана ключ, неспешно размотал спутавшийся шнурок. И под изумленным взглядом еще несколько минут назад так горячо любимой им женщины, через голову надел ей на шею этот шнурок с болтающимся на нем ключом.

И почти холодно, хотя в нем все так и клокотало, сказал:
— Отдашь тому, кто там сейчас у тебя. А лучше верни сыну. Прощай…
И твердо ступая, как будто ставя точку в этой истории, хотя получалось — многоточие, стал спускаться по лестнице к выходу из дома...

Канал: Семья
373 0 12 0

Комментарии (2)

Любая супружеская измена, будь то скандальные истории с членами королевской семьи, политиками, кинозвездами и представителями духовенства или же предательство и слезы в нашей собственной семье,— это всегда трагедия...
Хм.. Бывает и так..
Показать комментарий
Скрыть комментарий
Для добавления комментариев необходимо авторизоваться
Назад
Война: Ангелы vs Демоны
Началась война ангелов и демонов прямо на улицах...
Версия: Mobile | Lite | Touch | Доступно в Google Play